Моя первая охота
То, о чем я хочу рассказать, произошло давно, наверное, году так в 89-90. Мой отец всегда был страстным охотником. Каждый год поздней осенью они с приятелем брали отпуск и уезжали в лес недели на две. Ездили обычно в одно и то же место. Это заброшенная деревня, где-то в лесах Новгородчины. Дома там практически все давно порушились, остался только один, да и то, за счет останавливающихся там постоянно охотников. Леса в тех местах очень глухие, до ближайшей цивилизации далекие километры.
В том году мне исполнилось 15 и отец впервые взял меня с собой. Папин приятель, дядя Коля, всегда ездил с сыном, Егором. Тот был постарше меня, ему уже 17 исполнилось, но мы все равно приятельствовали.
Собрались мы тогда быстро. Покидали в машину барахло свое, собак посадили да и поехали. На место прибыли уже ближе к ночи и были приятно удивлены, обнаружив, что в доме уже хозяйничали трое охотников из Питера. Ну мы, конечно, все перезнакомились. Оказалось, что эти мужики тоже каждый год туда приезжают. Ну, собрали на стол там, за встречу стали выпивать – все, как положено. Нам много отцы не налили, мы с Егором больше байки охотничьи слушали, разинув рты. Зато сами они постарались, да так, что на утро ни о какой охоте и речи быть не могло. Все с утра пораньше начали "лечиться".
Нам с Егором было скучно просто так сидеть. Мы уж и по банкам консервным, и по бутылкам постреляли, облазали весь чердак и подвал. Ничего, конечно, не нашли: все, что можно, уже нашли до нас. Мы и пошли гулять. Видим, недалеко так за деревней роща березовая. Мы подумали, что может хоть грибов наберем, на печке насушим да матерям привезем, ну и двинули туда. Но, придя на место, мы жестоко разочаровались. Роща была остатками древнего кладбища. Видать, тут и нашли последнее пристанище жители нашей заброхи.
Могилы все были древние, давно сравнялись с землей, кресты порушились, но кое-где надписи можно было прочесть. Мы с Егором ходили и ржали как кони, читая фамилии. Долго бродили, и вдруг совершенно неожиданно наткнулись на крест. Хороший такой, добротный деревянный крест, наподобие старообрядческого с "крышей". Прямой и ровный, как будто год назад поставленный. А на нем четко прописаны даты: «Горшковъ Егор Николаевичъ. 19мая 1895 - 19мая 1930».
Мой приятель малость оторопел. Это были его фамилия, его имя, его отчество. И даже день рождения совпадал - 19 мая. Когда я это осознал, мне стало страшно, но в школе нас учили тогда так: Бога нет и все такие совпадения ничего не значат. Предрассудки это все. Только посетовали мы тогда, что парень этот совсем молодым помер и прям в день рождения - 35 лет. Посмеялись и забыли.
Две недели пролетели как один день. Мы славно поохотились и вернулись домой в Москву счастливыми и отдохнувшими. Через пару лет я закончил школу, потом институт, стал работать, женился. На охоту мы ездили каждый год, чинили наш ветхий дом как могли, жили в нем неделями, но на кладбище больше не ходили и никаких разговоров об том случае не начинали.
А несколько лет назад так случилось, что я уехал на работу в США. Прожил там несколько лет, а когда приехал, то узнал печальную новость: мой приятель детства, Егор Горшков, погиб. Я сперва даже не понял, что случилось, прям как обухом по голове... Только на кладбище мне объяснили ситуацию.
Егор отмечал свой юбилей - 35 лет. Все были выпившие, и пошли на балкон курить. Егор упал с 8 этажа. Смерть была мгновенной. Чего уж там произошло, я не интересовался, неловко...
Я посмотрел на крест. Добротный, красивый, деревянный... А на нем надпись: «Горшков Егор Николаевич. 19 мая 1972 – 19 мая 2007».
Вот и не верь после этого в судьбу! Что это было тогда в лесу? Предсказание? Чье-то пророчество? Наказание за наш смех в том месте и издевательство над памятью православных христиан? Я не знаю. В любом случае мне стыдно и я прошу прощения.
То, о чем я хочу рассказать, произошло давно, наверное, году так в 89-90. Мой отец всегда был страстным охотником. Каждый год поздней осенью они с приятелем брали отпуск и уезжали в лес недели на две. Ездили обычно в одно и то же место. Это заброшенная деревня, где-то в лесах Новгородчины. Дома там практически все давно порушились, остался только один, да и то, за счет останавливающихся там постоянно охотников. Леса в тех местах очень глухие, до ближайшей цивилизации далекие километры.
В том году мне исполнилось 15 и отец впервые взял меня с собой. Папин приятель, дядя Коля, всегда ездил с сыном, Егором. Тот был постарше меня, ему уже 17 исполнилось, но мы все равно приятельствовали.
Собрались мы тогда быстро. Покидали в машину барахло свое, собак посадили да и поехали. На место прибыли уже ближе к ночи и были приятно удивлены, обнаружив, что в доме уже хозяйничали трое охотников из Питера. Ну мы, конечно, все перезнакомились. Оказалось, что эти мужики тоже каждый год туда приезжают. Ну, собрали на стол там, за встречу стали выпивать – все, как положено. Нам много отцы не налили, мы с Егором больше байки охотничьи слушали, разинув рты. Зато сами они постарались, да так, что на утро ни о какой охоте и речи быть не могло. Все с утра пораньше начали "лечиться".
Нам с Егором было скучно просто так сидеть. Мы уж и по банкам консервным, и по бутылкам постреляли, облазали весь чердак и подвал. Ничего, конечно, не нашли: все, что можно, уже нашли до нас. Мы и пошли гулять. Видим, недалеко так за деревней роща березовая. Мы подумали, что может хоть грибов наберем, на печке насушим да матерям привезем, ну и двинули туда. Но, придя на место, мы жестоко разочаровались. Роща была остатками древнего кладбища. Видать, тут и нашли последнее пристанище жители нашей заброхи.
Могилы все были древние, давно сравнялись с землей, кресты порушились, но кое-где надписи можно было прочесть. Мы с Егором ходили и ржали как кони, читая фамилии. Долго бродили, и вдруг совершенно неожиданно наткнулись на крест. Хороший такой, добротный деревянный крест, наподобие старообрядческого с "крышей". Прямой и ровный, как будто год назад поставленный. А на нем четко прописаны даты: «Горшковъ Егор Николаевичъ. 19мая 1895 - 19мая 1930».
Мой приятель малость оторопел. Это были его фамилия, его имя, его отчество. И даже день рождения совпадал - 19 мая. Когда я это осознал, мне стало страшно, но в школе нас учили тогда так: Бога нет и все такие совпадения ничего не значат. Предрассудки это все. Только посетовали мы тогда, что парень этот совсем молодым помер и прям в день рождения - 35 лет. Посмеялись и забыли.
Две недели пролетели как один день. Мы славно поохотились и вернулись домой в Москву счастливыми и отдохнувшими. Через пару лет я закончил школу, потом институт, стал работать, женился. На охоту мы ездили каждый год, чинили наш ветхий дом как могли, жили в нем неделями, но на кладбище больше не ходили и никаких разговоров об том случае не начинали.
А несколько лет назад так случилось, что я уехал на работу в США. Прожил там несколько лет, а когда приехал, то узнал печальную новость: мой приятель детства, Егор Горшков, погиб. Я сперва даже не понял, что случилось, прям как обухом по голове... Только на кладбище мне объяснили ситуацию.
Егор отмечал свой юбилей - 35 лет. Все были выпившие, и пошли на балкон курить. Егор упал с 8 этажа. Смерть была мгновенной. Чего уж там произошло, я не интересовался, неловко...
Я посмотрел на крест. Добротный, красивый, деревянный... А на нем надпись: «Горшков Егор Николаевич. 19 мая 1972 – 19 мая 2007».
Вот и не верь после этого в судьбу! Что это было тогда в лесу? Предсказание? Чье-то пророчество? Наказание за наш смех в том месте и издевательство над памятью православных христиан? Я не знаю. В любом случае мне стыдно и я прошу прощения.
Показать больше
1 год назад
2 годы назад
2 годы назад
Если я сама тебе напишу ты обещаешь со мной пойти на встречу, пройти прогуляться или просто выпить кофе а там уже как получиться?
2 годы назад
2 годы назад
1 год назад
Белые глаза
- Давайте уже спать, дети мои. Иначе придет дядя с чердака и заберет вас! - устало сказала Мария Вове и Никите. Они все играли, хотя было поздно и им давно пора было спать.
Вова и Никита, услышав маму, посмотрели на нее. Упоминание про дядю заинтересовало их.
- Но ведь принесет потом обратно, мам ? - спросил Вова.
- Неет! Он заберет вас и больше вас никто никогда не увидит! А если будете более непослушными - то съест вас! - зловещим тоном сказала мама. Это произвело эффект, и дети с испуганным видом сложили игрушки и побежали умываться. Мария улыбнулась. Но слово "чердак" всколыхнуло в сознании Марии воспоминания, и она загрустила...
Они жили в старом двухэтажном доме, оставшимся в наследство мужу Марии, Сергею, от родителей. Но Сергей умер. Он поскользнулся на чердаке и ударился затылком о край какой-то тумбы. У него произошел перелом костей черепа с кровоизлиянием в мозг. Мария не обратила внимание на шум, так как Сергей разбирал чердак. Только потом, когда он не пришел на призыв к обеду, она поднялась на чердак и обнаружила его мертвым. Она очень любила его и тяжело переживала его смерть. Дети стали ее смыслом жизни и помогли выйти из депрессии. Они ее очень радуют.
Только иногда с чердака были слышны поскрипывания и какие-то звуки. Но, наверно, это ветер, считала Мария. Да и дом старый и скрип был везде...
***
- Ребята, слушайте меня внимательно. Мне надо уехать по делам в город. Вы останетесь одни. Я надеюсь, что вы умные ребята и справитесь на время без меня. К тому же, через два часа приедет тетя Даша, чтобы за вами приглядеть. Не беситесь и не балуйтесь. Я вас закрою, а тетя Даша придет и дверь откроет. Так что не пугайтесь. Все, пока, - сказала Мария, поцеловала их напоследок и ушла.
- Пока, мам, - сказали Вова и Никита...
- Что будем делать? - усевшись в кресло, спросил Никита.
Никита был небольшого роста, немного пухлый и младше Вовы на полтора года. Ему было почти 5 лет. Никита привык доверяться Вове, так как он был старше. Он всегда придумывал интересные игры.
- Сейчас придумаю что-нибудь, - ответил ему Вова, стоявший рядом. Он был выше Никиты почти на голову и был худощавым.
- Идем играть солдатиками! - воскликнул Вова и уже побежал в детскую комнату. Никита за ним.
- Как ты думаешь, если мы не будем слушаться мамы, то нас заберет дяденька с чердака? - немного осторожно спросил Никита.
- Нуу, я не очень верю в это. Почему он тогда не кушает с нами за столом ?
- Мама же сказала, что он питается непослушными! - испуганно ответил Никита, посмотрев на Вову.
- Вот и питался бы с нами за столом. Да и где там жить на чердаке? Когда я там был, то видел, что там заставлено все. Живи он там, там было бы полно игрушек, наверно.
- Да, ты прав, - немного подумав ответил Никита.
- Все, давай играть!..
- Мне надоело, - устало сказал Никита.
- Нуу.... А давай в прятки? - предложил Вова. Его глаза уже азартно загорелись.
- Давай! Кто водить будет?
- Вышел призрак из тумана, - начал считать Вова, - вынул ножик из кармана. Буду резать, буду бить, все равно тебе водить. Ты! Считай до десяти!Сначала спустимся вниз.
Спустившись, Никита закрыл глаза и начал считать. Вова побежал наверх. " Где же спрятаться ? - подумал Вова. - Спрячусь на чердаке! Там долго не найдет!"
Он открыл дверь чердака. Там было темно и что-то скрипело. Вову это не смутило, он зашел и быстро, но тихо закрыл дверь...
Никита начал искать. Не сказать, что он умел хорошо искать или хорошо прятаться. Но играть в прятки было интересней, чем с игрушками. Проверив кухню и зал, он поднялся на второй этаж. Там была их комната и мамина спальня. Проверив их и не обнаружив Вовы, он сказал:
- Где же ты?
После этих слов внезапно открылась дверь чердака. Никита вздрогнул. Повеяло холодом оттуда так, как будто это была старая оконная рама.
Никита зашел на чердак. Там лежали старые вещи, стояли какие-то стеллажи, было полно пыли. Освещение было лишь от окна, попадал свет от фонарного столба.
Он медленно шел и смотрел везде, ища Вову. Тут было необычайно тихо. Но эта тишина была какой-то напряженной, гнетущей. Никите становилось не по себе от нее. Беспокойное чувство росло в груди. С противным скрипом дверь закрылась. Никита остановился и снова вздрогнул. Ему становилось страшно.
- Вова, все, выходи. Мне надоело играть в это. Ты победил, - пугливо ответил он. - Вооваа, не смешно, вылезай давай.
Тишина. Она заползала в сознание, давила на него, порождая в нем образы, пугающие до дрожи.
Скрип прозвучал как пронзительный крик. Никита уже подскочил и побежал к окну, откуда шел спасительный свет. Его детские нервы были напряжены до предела.
- Вова, не пугай меня! - пронзительно воскликнул Никита. На его лице выступили слезы. - Хватит! Вылезай!
Но тишина, ужасная, пугающая тишина лишь вторила ему. Но вот еще один скрип. И еще. Уже ближе. Никита заплакал.
Вдруг в квадрат света прикатился какой-то предмет, прямо к ногам Никиты. Посмотрев вниз, он ужаснулся. Его глаза округлились, сердце забилось чаще, а из горла вырвался истеричный нервный вопль, сменившийся испуганным рыданием. Это была голова Вовы. В его глазах застыл ужас, а кровь еще стекала с того места, где была шея.
Никита рыдал. Но, услышав новый скрип совсем недалеко от себя, перестал и посмотрел в сторону. Он увидел высокий сутулый силуэт с белыми глазами в темноте. Белые глаза, в центре которых были ничтожно маленькие черные точки. Глаза, наполненные ужасом, безумием и безысходностью.
В следующий миг белые глаза бросились на Никиту, издав низкий крик...
***
Даша спешила в дом своей подруги. Её детей надо накормить, а они еще те проглоты. Подходя к дому, она удивилась тому, как в нем темно. "Смотрят телевизор, наверно, или играют во что-то", - подумала Даша. Подойдя к двери дома, она достала ключи и начала открывать дверь, про себя отметив, что в доме очень тихо. Неприятно тихо.
- Вова, Никита, я пришла, - воскликнула она, войдя в дом. Ничего не произошло. Никаких звуков. Лишь скрип в коридоре справа. Посмотрев туда, Даша увидела высокий силуэт с белыми глазами. Глазами, наполненными ужасом, безумием и безысходностью...
- Давайте уже спать, дети мои. Иначе придет дядя с чердака и заберет вас! - устало сказала Мария Вове и Никите. Они все играли, хотя было поздно и им давно пора было спать.
Вова и Никита, услышав маму, посмотрели на нее. Упоминание про дядю заинтересовало их.
- Но ведь принесет потом обратно, мам ? - спросил Вова.
- Неет! Он заберет вас и больше вас никто никогда не увидит! А если будете более непослушными - то съест вас! - зловещим тоном сказала мама. Это произвело эффект, и дети с испуганным видом сложили игрушки и побежали умываться. Мария улыбнулась. Но слово "чердак" всколыхнуло в сознании Марии воспоминания, и она загрустила...
Они жили в старом двухэтажном доме, оставшимся в наследство мужу Марии, Сергею, от родителей. Но Сергей умер. Он поскользнулся на чердаке и ударился затылком о край какой-то тумбы. У него произошел перелом костей черепа с кровоизлиянием в мозг. Мария не обратила внимание на шум, так как Сергей разбирал чердак. Только потом, когда он не пришел на призыв к обеду, она поднялась на чердак и обнаружила его мертвым. Она очень любила его и тяжело переживала его смерть. Дети стали ее смыслом жизни и помогли выйти из депрессии. Они ее очень радуют.
Только иногда с чердака были слышны поскрипывания и какие-то звуки. Но, наверно, это ветер, считала Мария. Да и дом старый и скрип был везде...
***
- Ребята, слушайте меня внимательно. Мне надо уехать по делам в город. Вы останетесь одни. Я надеюсь, что вы умные ребята и справитесь на время без меня. К тому же, через два часа приедет тетя Даша, чтобы за вами приглядеть. Не беситесь и не балуйтесь. Я вас закрою, а тетя Даша придет и дверь откроет. Так что не пугайтесь. Все, пока, - сказала Мария, поцеловала их напоследок и ушла.
- Пока, мам, - сказали Вова и Никита...
- Что будем делать? - усевшись в кресло, спросил Никита.
Никита был небольшого роста, немного пухлый и младше Вовы на полтора года. Ему было почти 5 лет. Никита привык доверяться Вове, так как он был старше. Он всегда придумывал интересные игры.
- Сейчас придумаю что-нибудь, - ответил ему Вова, стоявший рядом. Он был выше Никиты почти на голову и был худощавым.
- Идем играть солдатиками! - воскликнул Вова и уже побежал в детскую комнату. Никита за ним.
- Как ты думаешь, если мы не будем слушаться мамы, то нас заберет дяденька с чердака? - немного осторожно спросил Никита.
- Нуу, я не очень верю в это. Почему он тогда не кушает с нами за столом ?
- Мама же сказала, что он питается непослушными! - испуганно ответил Никита, посмотрев на Вову.
- Вот и питался бы с нами за столом. Да и где там жить на чердаке? Когда я там был, то видел, что там заставлено все. Живи он там, там было бы полно игрушек, наверно.
- Да, ты прав, - немного подумав ответил Никита.
- Все, давай играть!..
- Мне надоело, - устало сказал Никита.
- Нуу.... А давай в прятки? - предложил Вова. Его глаза уже азартно загорелись.
- Давай! Кто водить будет?
- Вышел призрак из тумана, - начал считать Вова, - вынул ножик из кармана. Буду резать, буду бить, все равно тебе водить. Ты! Считай до десяти!Сначала спустимся вниз.
Спустившись, Никита закрыл глаза и начал считать. Вова побежал наверх. " Где же спрятаться ? - подумал Вова. - Спрячусь на чердаке! Там долго не найдет!"
Он открыл дверь чердака. Там было темно и что-то скрипело. Вову это не смутило, он зашел и быстро, но тихо закрыл дверь...
Никита начал искать. Не сказать, что он умел хорошо искать или хорошо прятаться. Но играть в прятки было интересней, чем с игрушками. Проверив кухню и зал, он поднялся на второй этаж. Там была их комната и мамина спальня. Проверив их и не обнаружив Вовы, он сказал:
- Где же ты?
После этих слов внезапно открылась дверь чердака. Никита вздрогнул. Повеяло холодом оттуда так, как будто это была старая оконная рама.
Никита зашел на чердак. Там лежали старые вещи, стояли какие-то стеллажи, было полно пыли. Освещение было лишь от окна, попадал свет от фонарного столба.
Он медленно шел и смотрел везде, ища Вову. Тут было необычайно тихо. Но эта тишина была какой-то напряженной, гнетущей. Никите становилось не по себе от нее. Беспокойное чувство росло в груди. С противным скрипом дверь закрылась. Никита остановился и снова вздрогнул. Ему становилось страшно.
- Вова, все, выходи. Мне надоело играть в это. Ты победил, - пугливо ответил он. - Вооваа, не смешно, вылезай давай.
Тишина. Она заползала в сознание, давила на него, порождая в нем образы, пугающие до дрожи.
Скрип прозвучал как пронзительный крик. Никита уже подскочил и побежал к окну, откуда шел спасительный свет. Его детские нервы были напряжены до предела.
- Вова, не пугай меня! - пронзительно воскликнул Никита. На его лице выступили слезы. - Хватит! Вылезай!
Но тишина, ужасная, пугающая тишина лишь вторила ему. Но вот еще один скрип. И еще. Уже ближе. Никита заплакал.
Вдруг в квадрат света прикатился какой-то предмет, прямо к ногам Никиты. Посмотрев вниз, он ужаснулся. Его глаза округлились, сердце забилось чаще, а из горла вырвался истеричный нервный вопль, сменившийся испуганным рыданием. Это была голова Вовы. В его глазах застыл ужас, а кровь еще стекала с того места, где была шея.
Никита рыдал. Но, услышав новый скрип совсем недалеко от себя, перестал и посмотрел в сторону. Он увидел высокий сутулый силуэт с белыми глазами в темноте. Белые глаза, в центре которых были ничтожно маленькие черные точки. Глаза, наполненные ужасом, безумием и безысходностью.
В следующий миг белые глаза бросились на Никиту, издав низкий крик...
***
Даша спешила в дом своей подруги. Её детей надо накормить, а они еще те проглоты. Подходя к дому, она удивилась тому, как в нем темно. "Смотрят телевизор, наверно, или играют во что-то", - подумала Даша. Подойдя к двери дома, она достала ключи и начала открывать дверь, про себя отметив, что в доме очень тихо. Неприятно тихо.
- Вова, Никита, я пришла, - воскликнула она, войдя в дом. Ничего не произошло. Никаких звуков. Лишь скрип в коридоре справа. Посмотрев туда, Даша увидела высокий силуэт с белыми глазами. Глазами, наполненными ужасом, безумием и безысходностью...
Показать больше